Stolica.ru

МЕЧТА об АМЕРИКЕ


заметка на злобу дня

Несколько лет назад из Флориды приезжал мой знакомый. Он очень хотел жениться на русской. Он знал, что в СССР секса не было и теперь в России женщины очень строгих правил. Он так и написал в брачном объявлении: "Познакомлюсь с женщиной строгих правил". На его объявление откликнулось огромное количество женщин, кажется, их было около пятисот. Знакомый просмотрел пару десятков и вернулся домой ни с чем. Он сказал, что российские правила оказались слишком строгими для его возраста, и он не может компенисировать такой огромной стране столь долго отсутствующий секс.

"Замуж за иностранца. Недорого". - Я прочитала объявление в газете и заинтересовалась. Во-первых, недорого. Во-вторых, замуж. А в-третьих, что я здесь забыла? Работу за кусок хлеба? Очереди? Хамство в трамвае?
- Хватит! - Решительно заявила я своему усталому отражению в зеркале. И набрала номер телефона.
- В какую страну желаете? - услышала я казенно-дрессированный голос секретаря брачного агентства.
- Америка, - не задумываясь, ответила я, вспомнив детские мечты о шариковых ручках и жвачках.

Секретарь немного подумала:
- Америка просит грудь не меньше третьего номера. И ноги. У вас как с этим?
- Порядок. - ответила я.
- Возраст у вас ни туда, ни сюда. И ребенок наверное есть?
- Двое, - ответила я, - взрослая дочь и сын.

Вообще=то я всегда гордилась тем, что у меня есть дети.

- Двое, - посочувствовала секретарь, - давайте умолчим про дочь. Взрослая - у них уже не считается. Напишите в анкете: один ребенок и, если у вас действительно есть грудь и ноги... - она сделала акцент на слове "действительно", словно ожидала увидеть нечто безногое и безгрудое.
- До сих пор были, - ответила я, немного обидевшись за грудь и за дочь одновременно.

Некоторое время я занималась поисками хорошего фотографа и, наконец, вспомнила своего бывшего однокурсника.
- Ты можешь снять меня в бикини? - спросила я, - мне нужны две сексуальные фотографии.
- По=моему мы с тобой одного возраста, - с сомнением протянул однокурсник, - во всяком случае раньше так было.
- Не хами, - обиделась я, - и учти, если на моих бедрах будет хоть малейший намек на целюллит, я разгромлю твою студию. Ты меня знаешь!
- Ню для "Плейбоя"? - с сочувствием поинтересовался однокурсник, - с деньгами - труба?
- Замуж выхожу, - ответила я.
- Ты сколько дней пьешь? - осторожно поинтересовался однокурсник.

Через неделю я получила две шикарные фотографии: портрет и в полный рост, как требовалось. Однокурсник явно перестарался. Казалось, что это фотомонтаж.

В агентстве я заполнила бешеное количество анкет, подробно описала объем бедер и талии, указала цвет волос и глаз и все такое прочее. Интересно, что при российской любви к различным документам, никто не попросил меня предъявить свидетельство о разводе, которого у меня, кстати, не было. Как нет и сейчас, так как я не разведена. На английский манер, мы с мужем: "сепарейтед", что для иностранцев вполне естесственное состояние, а у нас почему=то слово "сепарейтед" вызывает ужас, как любое незнакомое слово. Хотя для таких "рациональных авантюристов", к которым я себя причисляю, это самое удобное семейное положение. Я совершенно свободна для того, чтобы делать по жизни самостоятельные шаги, налаживать новые, так называемые контакты и при этом никто не может меня ни к чему обязать, так как в моем паспорте стоит тот самый штамп, для получения которого некоторые дамы кладут свои жизни.

Впрочем, справку из дурдома у меня тоже никто не потребовал.

В графе: "какого мужа предпочитаете?", я, размечтавшись написала "одухотворенного".

- На вас немало заявок, - недоумевала секретарь, старательно сравнивая мои фотографии со стоящим перед ней оригиналом. - Мы приглашаем вас на вечер встреч.
- Приходить в купальнике? - с готовностью спросила я.
- Почитайте памятку, - строго ответила секретарь и протянула мне листовку, в которой я прочитала следующее:
"...Американцы по характеру - миролюбивы и дружелюбны. Они бывают чрезмерно ранимы. Не рекомендуется оскорблять их и говорить обидные слова.
Не выдавайте сразу свои вредные привычки, такие как - курение, потребление алкоголя и тому подобное.
Основная черта американских мужчин - доверчивость. Если у вас есть причины "приукрасить" некоторые эпизоды вашей жизни, постарайтесь рассказывать об этом постепенно, растяните рассказ на несколько встреч (свиданий). Переизбыток отрицательной информации может вызвать у вашего избранника шок, и тогда ваши шансы на замужество могут уменьшиться..."

Одевшись скромно, сексуально и с достоинством, создав впечатление, что на моем лице нет ни капли косметики, я прилепила к заднице антиникотиновый пластырь, чтобы не сразу выдать вредную привычку и приехала на Биржу Любви.

Через десять минут пластырь был уже в помойке. Девицы курили напропалую, выставляя напоказ все, что можно было выставить.

Слегка ошарашенные американцы в строгих костюмах несмотря на жару, разглядывали "покорных домохозяек" и потенциальных матерей с некоторым недоумением. Клавдии Шиффер здесь делать было нечего.

Я села за столик, за которым уже до меня обосновалась привлекательная молодая брюнетка. Она приветливо улыбнулась и заметила:
- А я вас раньше здесь что=то не видела.
- У меня - дебют. - Сообщила я, оглядываясь по сторонам.

Молоденькие девицы явно метили на женихов постарше, дамы бальзаковского возраста яростно строили глазки мужчинам помоложе. Бурное оживление было у стойки бара, где давали бесплатное шампанское.

- Если к тебе подойдут, - неожиданно сказала моя соседка, - начни с того, что ты - прекрасная хозяйка, очень любишь уют, домашнюю работу, готовить...
- Я люблю готовить, - ответила я, слегка поморщившись при словах "домашняя работа" и вспомнила о полной ванне нестираного белья.
- Это совсем не важно, что ты любишь. Главное, что ты скажешь. Они каждому слову верят. Наивные.

Брюнетка заговорщически придвинулась ко мне:
- Еще скажи, - зашептала она, - что ты любишь трахаться.

Наверное лицо мое слегка вытянулось от изумления, потому что брюнетка захихикала и прошептала:
- Скажи, не бойся. Для них - это нормальное дело. Не то, что наши, раз в три месяца. Регулярно... - она вздохнула, - у меня был один "бой-френд", англичанин. Говорит: "Предлагаю тебе заниматься любовью по вторникам и четвергам". Я отвечаю: А я по пятницам привыкла". Он два дня думал, а потом говорит: "Хорошо, я согласен. Но тогда еще в субботу".

К нам подошел иностранец в смокинге.
- Как ты? - спросил он брюнетку.
- Окей, - улыбнулась она и выдала следом целую тираду из вежливых слов на таком совершенном английском, что я мысленно ей позавидовала.

Иностранец начал откровенно разглядывать меня. В ответ мне захотелось вооружиться саперной лопаткой и окопаться в землянке.
- Я еще подойду, - многообещающе сообщил он и куда=то делся.
Я перевела дыхание.
- Голландец, - вздохнула брюнетка, - имеет свой дом, свой бизнес. Козел, - неожиданно добавила она, - никого к себе не приглашает. Ездит в Россию уже три года, ни одного бала не пропускает. Я его все время здесь встречаю.

"Бал" был в самом разгаре. Легкий джаз сменился "Коробейниками", которые исполняла на сцене какая-то дурацкая группа в национальных костюмах. Полная дама в откровенном декольте и ее подруга, своей внешностью объясняющая, что такое "верста коломенская" выделывали коленца в центре зала. Два жизнрадостных иностранца хлопали в ладоши, как в детской игре "ладушки" и пытались вальсировать, обнимая за талии стоящих рядом дам. Дамы млели, но на танец не поддавались. По их каменным лицам было ясно, что они готовы стоять до последнего.

- Ты за три года никого не встретила? - прокричала я сквозь шум.
- Бог с тобой. - засмеялась брюнетка, - я езжу по приглашениям. В Америке уже была, в Англии два раза, в Бельгии. Умираю, как хочу в Голландию, - вздохнула она, поднимаясь с места, - пойду в другой зал. Там говорят, новенькие.

И она ушла, а ко мне подсел приятный американец.
- Что вы любите? - спросил он, - у вас есть хобби?
- Люблю жарить мясо и трахаться, - выпалила я.

Американец поперхнулся соком.
- Еще читать, - зачем-то добавила я ему вслед.

- Отшила! Молодец! - ко мне подошла девушка, похожая на волнистого попугайчика. - Он преподаватель. Живет на зарплату. Всем про свои апартаменты рассказывает. У меня "апартаменты" и без него есть. Двадцать четыре квадратных метра. В Мытищах! А то удивил!.. Ты в какие страны ездила, расскажи?
- В Китай ездила, - ответила я.

Девушка-попугайчик залилась смехом:
- Ты еще в Корею поезжай. В Северную. А я, умираю, хочу в Калифорнию. Я вообще-то актрисой собираюсь стать. Голливудской. Слыхала про Голливуд?
- Слыхала, - ответила я.
- Ну вот. Выйду замуж, приеду туда, получу гражданство... там без гражданства на тебя даже внимания не обратят. Мне рассказывали. А потом начну сниматься. Там же все живут, и Костнер, и этот, как его... ну забыла, в общем... Вон миллионер стоит, видишь? Из Лос-Анжелеса. Три дома, три бизнеса. Вот такого бы на полгодика.

Делая вид, что он никого не разглядывает, у стойки бара стоял седовласый красавец.

- Ты сама к нему подойди, - посоветовала я.
- Подходила. Он мне сказал: "Ноу". Вообще-то американцы лучше чем европейцы, - помолчав, грустно ответила она. - Если узнают, что ребенок есть, деньги дают. А если еще насвистеть, что муж - алкаш или в Чечне погиб, считай, что пара штук баксов у тебя в кармане. Европейцы - жлобы. Особенно, немцы. Я жила в Германии два месяца. Любая еда - пожалуйста, тряпки - пожалуйста. Я говорю: "Дай денег". А он: "Обратный билет?.. Пожалуйста!".

Бескорыстие русской женщины - красивая сказка о России. Многие мужчины из разных стран идеализируют нас, свято веря в российскую неприхотливость. Русская женщина всю жизнь мечтала пользоваться туалетной бумагой, а не газетой "Правда", она мечтала о нижнем белье, нужного ей размера, она мечтала выбросить рваные колготки. Она с рождения испытывала дефицит элементарного человеческого комфорта.

Именно поэтому, она не может быть бескорыстной, Дорогие Мужчины, которые приехали сюда из дальних стран, в поисках любящего взгляда серых глаз...

Женская продажность - исторический факт, известный с древних времен. Не хочу никого оскорблять, я тоже была этом вечере. Правда я быстро забыла, зачем пришла. Во мне проснулся охотничий инстинкт журналиста.

Красивые и не очень, совсем юные и не первой молодости, с горящими взорами они откровенно торговали собой. Но что было самое удивительное, при этом они предъявляли мужчинам свою любимую претензию: "Они нами пользуются".

Насколько я понимаю смысл этого слова, пользоваться можно зубной пастой и опять же, туалетной бумагой. Если женщина осознает, что ей кто-то пользуется, это уже не женщина, а товар народного потребления.


- Гаваи? Каррибы?
Я обернулась.
Сверкая белоснежным частоколом голливудской улыбки, передо мной стоял "миллионер" из Лос-Анжелеса. Я безучастно прошла мимо него. "Миллионер" так и остался стоять, глядя мне вслед с безоблачной улыбкой, навечно застывшей на его лице.

Дома меня встретила несуществующая дочь.
- Ты почему без свадебного венка? - язвительно спросила она, протягивая мне конверт, явно иностранного происхождения.

"Я слышал, - писал американец, - в России очень одухотворенные женщины. Я мечтаю встретить образованную женщину. Ее духовность - одно из главных условий будущего супружества...".

Я отложила письмо и задумалась о смысле жизни.


НАПИШИТЕ АВТОРУ








Титульная || Обратно
Конкурс рассказов || Анютины глазки || Фабрика грез
Золотой фонд || За Бугром || Закуток не для всех || Книга отзывов